Площадка "Восход" с 2018 года хочет начать торги криптовалютой, обеспеченной бриллиантами. Система восход криптовалюта


ЦБ одобрил торги криптовалютой на торговой площадке «Восход»

В преддверии Восточного экономического форума, который стартует 6 сентября во Владивостоке, полпред президента в ДФО, вице-премьер Юрий Трутнев сообщил об обсуждении возможности майнинга криптовалют в ряде регионов Дальнего Востока.

По словам чиновника, торговая площадка «Восход» первой в России получила право от Центробанка работать с криптовалютами.

«Мы рассматриваем возможность создания площадки по торгам криптовалютами. Центробанк нас поддержал. Система "Восход" первой в стране получила право работать с криптовалютами. Можно обсуждать и возможность майнинга криптовалют. Потому что есть регионы, где есть переизбыток энергии – и у нас, и в Сибири. И там пока нет возможности перераспределить этот избыток в другие регионы. Можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать несвязанные объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом», – рассказал он.

Применение технологии блокчейна, лежащей в основе криптовалют, Трутнев приветствует, однако подчёркивает, что последствия этого перспективного направления необходимо полностью просчитать.

«Одобряю и поддерживаю процентов на 70. Но процентов на 30 нам надо чуть-чуть лучше понимать, как дальше будет развиваться человечество в этом направлении. Когда мы заводим в систему управления технологии, ключ от которых находится в чужих руках, то надо понимать, как этим ключом будут работать. Принципиально картинка выглядит хорошо, что он практически ни в чьих руках, что это распределенная база данных, все это здорово. Но, боюсь, я слишком взрослый для того, чтобы в это поверить», – подчёркивает Трутнев.

По его мнению, в России декларируется очень много таких общечеловеческих ценностей, но после того как им начинают следовать, вдруг оказывается, что всем этим кто-то управляет.

«У нас цены на нефть сплошь рыночные, а когда захотели Соединенные Штаты, они вдруг перестали в течение одного дня быть рыночными и рухнули. Рынок какой-то такой странный. И машин столько же ездит, и котельные столько же топятся, только цены рухнули. И с блокчейном то же самое. Само по себе это перспективное, интересное направление, но надо полностью просчитать последствия», – считает полпред.

04.09.2017Материал предоставил: Lid'Ok

bits.media

НП РТС прокомментировало запуск криптовалютной площадки

Financial One 04.09.2017 14:27 2053

Глава НП РТС Роман Горюнов рассказал FO, как идет реализация запуска системы торговли криптовалютами. 

«На данный момент Банком России согласованы правила клиринга КЦ МФБ, которые позволяют осуществлять клиринг сделок с электронными активами, к которым относятся и криптовалюты. Наша торгово-клиринговая инфраструктура сейчас работает в тестовом режиме. В первую очередь, мы ориентируемся на электронные активы, обеспеченные природными ресурсами Дальнего Востока. При этом мы ведем консультации с Банком России относительно возможного расширения инструментов за счет добавления популярных криптовалют. Проект Российской электронной площадки на Дальнем Востоке может создать синергетический эффект для рядовых инвесторов, государства и бизнеса», – объяснил президент НП РТС.

Ранее эту тему затронул в интервью ТАСС полпред президента в ДФО, вице-премьер Юрий Трутнев.

«Мы рассматриваем возможность создания площадки по торгам криптовалютами. Центробанк нас поддержал. Система «Восход» первой в стране получила право работать с криптовалютами. Можно обсуждать и возможность майнинга криптовалют. Потому что есть регионы, где есть переизбыток энергии — и у нас, и в Сибири. И там пока нет возможности перераспределить этот избыток в другие регионы. Поэтому можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать несвязанные объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом», – сказал Трутнев.

На Восточном экономическом форуме (ВЭФ) в прошлом году президент России Владимир Путин в ходе своего выступления отметил систему «Восход» как один из драйверов развития финансовой сферы региона.

«И конечно, в целом перед нами стоит задача формирования развитой финансовой, инвестиционной инфраструктуры на Дальнем Востоке. Такие проекты уже реализуются. На форуме вы можете познакомиться с презентацией новой инвестиционной системы «Восход». Она открывает отечественным и зарубежным инвесторам прямой доступ к акциям и облигациям дальневосточных компаний», – отметил президент России.

Частные инвесторы имеют возможность приобрести ценные бумаги предприятий Дальнего Востока на официальном сайте инвестиционной системы «Восход» (voskhod.finance).   

Подписывайтесь на Financial One в соцсетях:

Facebook || Вконтакте || Twitter || Youtube

fomag.ru

система "Восход" получила от ЦБ право торговать криптовалютой

Полпред президента в ДФО рассказал в интервью ТАСС о том, с какими трудностями сталкивается регион и что уже сделано на Дальнем Востоке

6 сентября во Владивостоке стартует третий Восточный экономический форум, где обсудят практические результаты работы последних лет по развитию Дальнего Востока. Но темпы реализации некоторых мер, признался полпред президента в ДФО, вице-премьер Юрий Трутнев, не соответствуют его "буйному нраву". О том, что уже сделано на Дальнем Востоке, что еще предстоит, а также о том, с какими трудностями сталкивается регион, в преддверие форума Трутнев рассказал в интервью ТАСС.

— Нынешний август для Дальнего Востока выдался сложным. Самым тяжелым испытанием стала авария на руднике "Мир" компании "Алроса". Что означает она для рудника? Можно ли там будет продолжать работу после откачки воды и в какой перспективе? Если нет, то каковы потери компании?

— Самая главная потеря для всех — это потеря жизни людей. Что касается экономического ущерба, то руководство компании заверило меня, что все люди будут трудоустроены. Выбывающую добычу в перспективе можно будеткомпенсировать работой на других месторождениях, например, освоением Верхне-Мунского рудного поля. А будет ли дальше эксплуатироваться "Мир"? Это решение будет принято на основе всестороннего анализа того, что произошло, и выработки компетентных профессиональных рекомендаций о том, что можно сделать для безопасной реанимации добычи на руднике.

Этот процесс неразрывно связан с анализом всех предыдущих событий на руднике: что явилось причиной произошедшего, все ли было сделано, чтобы избежать этих рисков. Создана комиссия Ростехнадзора. Мы попросили, чтобы комиссия максимально объективно расследовала причины аварии. Я разговаривал с руководством Ростехнадзора и попросил, как только будут готовы результаты, доложить правительству свои выводы.

Комиссия ведомства даст материалы для работы проектных институтов, которые предложат варианты дальнейшей разработки трубки, если они будут. Эти варианты будут проанализированы, пройдут экспертизу, в том числе с участием Ростехнадзора, и тогда будут сделаны выводы о том, существует проект дальнейшей разработки или нет. Я считаю, что найти возможность продолжения разработки месторождения возможно, но это не более, чем мое субъективное мнение.

— В "Алросе" сообщали о намерении пересмотреть производственный план в связи с аварией. Как сильно сократит компания целевой показатель добычи и продаж на этот год?

— Значительного снижения продаж у них не будет. У компании есть стоки, они этот год точно перекроют. По добыче будет некоторое падение, по продажам это не почувствуется, соответственно, и по прибыли это не почувствуется. А в 2018 году это уже будет зависеть от интенсивности работы.

— Президент компании говорил, что "Алроса", не дожидаясь выводов комиссии Ростехнадзора, поведет собственную оценку ситуации на других своих рудниках. Когда ждать результатов этой проверки?

— И компания обязана провести проверку, и Ростехнадзор проведет проверку, такое поручение ведомству тоже дано. Но только не над всеми рудниками "Алросы" озеро "висит" сверху. Там специфика именно в том, что над рудником образовалось озеро. Это совсем другой уровень угрозы.

Что касается других рудников компании, я не изучал их с точки зрения горно-геологических условий работы, но по результатам проверки очень внимательно заслушаю все выводы. Надо разобраться, почему допустили затопление выработок, гибель людей. Надо убедиться и в том, что такие же угрозы не существуют на других рудниках.

— А какие сроки по представлению доклада?

— Я попросил месяц. В течение месяца провести работу. Это значит, к концу сентября.

— В этом году Приморский край в очередной раз оказался в зоне паводка. Причем из года в год фигурируют в сводках МЧС одни и те же районы и населенные пункты. Как вы считаете, необходима ли долгосрочная, основанная на научных данных, противопаводковая программа в регионах ДФО?

— У нас программа противопаводковых мероприятий существует. Она принята в соответствии с указом президента после наводнения в 2013 году. И она включает в себя строительство четырех станций, в том числе Нижне-Бурейской ГЭС, которая уже построена. Они изменяют возможности регулирования уровня воды по бассейну.

Но, конечно, этой программы не достаточно. Надо ли заниматься еще противопаводковыми мероприятиями на Дальнем Востоке? Очевидно, надо. Такое поручение я Минприроды дал. Но у них, к сожалению, совсем грустно с финансированием соответствующей противопаводковой программы. Насколько я помню, за время, прошедшее с моего ухода с поста министра природных ресурсов, финансирование программы сократилось на треть.

— А если ввести систему обязательного страхования имущества для паводко- и пожароопасных районов — это поможет сократить потери?

— Это будет дополнительная нагрузка на граждан, проживающих на Дальнем Востоке. Надо это делать или нет? Когда-то, скорее, надо. Но будем ли мы сейчас с такими предложениями выходить? Лично я — нет.

— Уже есть оценка ущерба в результате нарушения электроснабжения на Дальнем Востоке в начале августа? Может ли прорабатываемый сейчас проект Азиатского энергокольца помочь разрешить проблему изношенности сетей в регионе и в последующем избегать таких блэкаутов?

— Сейчас проводится тщательный анализ, почему именно так сработала автоматика. Технологические выводы из случившегося будут сделаны.

Что касается стратегии, то нам надо развивать в целом энергосистему Дальнего Востока, избавляться от замкнутых энергосистем, закольцовывать их, создавать дублирующие линии. Сегодня одна из главных причин, почему такое происходит, является разрозненность энергосистемы на Дальнем Востоке.

У нас тут впереди немало работы, мы будем развивать энергетику Чукотки, надеемся, что будет запущен проект Баимской рудной зоны. Если эта зона будет осваиваться, то это тоже потребует развития энергетики. Таким образом мы пойдем по проектам. Мы не можем строить линии электропередачи просто так, у нас просто денег не хватит. А когда мы строим под конкретные проекты, они будут окупаться и постепенно развивать энергетическую сеть на Дальнем Востоке, которая в том числе будет гарантировать от таких неприятных ситуаций.

— Одна из последних дальневосточных новостей в федеральной повестке - создание ТОР "Курилы". Минвостокразвития сообщало, что сейчас изучаются предложения от других потенциальных инвесторов. Есть ли среди них иностранцы, и какие именно проекты предлагаются?

— Об идеях новых проектов в ТОР "Курилы" я пока подробно говорить не могу. Но интерес есть. Я хочу подчеркнуть, что мы будем относиться к этой ТОР, как и ко всем остальным. Если будут заявки со стороны иностранных инвесторов, а я знаю о том, что есть интерес со стороны Китая, то, конечно, мы не будем отказывать инвесторам. Будем рассматривать заявки, поддерживать инвестиции в эту ТОР.

— Комментируя создание ТОР, генеральный секретарь кабинета министров Японии Ёсихидэ Суга заявил, что Токио внимательно анализирует поступающую информацию, и ответит на это решение "надлежащим образом". Японские коллеги обсуждали с вами эту тему? Какова их реакция?

— Пока, насколько я знаю, они относятся к созданию территории достаточно спокойно. Такая реакция и должна быть. Создание ТОР на Курилах никоим образом не ухудшает возможности российско-японского сотрудничества. Напротив, мы в эту ТОР приглашаем японских инвесторов. Более того, шел разговор на Восточном экономическом форуме в 2016 году, чтобы для японских инвесторов в этом случае предоставить какой-то особый режим. Это все можно обсуждать, но пока этих инвесторов нет. Как я и говорил, мы будем развивать Курильские острова — с японцами или без них.

— А как идет работа российско-японского совета по совместной хозяйственной деятельности на Курилах? Новая структура должна рассматривать конкретные проекты кооперации. Они уже есть? Если нет, что тормозит совместную работу?

— Общая оценка экономического сотрудничества будет дана на ВЭФ, где состоится встреча руководителей России и Японии. Если говорить о Дальнем Востоке, то планов было много, а дел пока маловато. Был план из восьми пунктов, предложенных Абэ. И что дальше? Что из них реализовано? Не знаю. На Дальнем Востоке, по-моему, ничего. Это значит, что что-то не срабатывает.

— Механизм ТОР, согласно закону, с весны 2018 года можно придет применять во всех субъектах РФ. Какие вы видите в этом риски для ДФО? Не сведет ли это на нет все усилия по развитию региона?

— Нет, этого я не боюсь. Это принуждает нас конкурировать, работать лучше. И мы готовы конкурировать. Мы готовы проявлять максимум государственной заботы об инвесторах, инвестпроектах. Мы этим занимаемся три года и умеем это делать. Унас 800 проектов пришло за это время, и покажите мне, кто нас так быстро готов обогнать. Но мы будем рады, если будут развиваться все территории России.

Я много раз говорил коллегам, что ТОР — это не название, это технология, в которой налоговые льготы - это только небольшая часть. Чтобы работало все остальное, надо создавать систему управления, систему, связанную со строительством инфраструктуры, надо создавать институты развития. Без создания всего комплекса сервисов для инвестиций эта шутка не полетит.

Если меня услышат, и соответствующую систему будут создавать, значит, мы будем конкурировать и будем ночи не спать, придумывая что-то новое, чтобы продолжать создавать режим наибольшего благоприятствования на Дальнем Востоке. Но если меня не услышат, кто будет заниматься этими ТОРами в регионах? Если ответа на этот вопрос не будет, то конкуренции может и не возникнуть.

— Не надо отодвигать на более поздний срок распространение механизма ТОР на всю страну?

— А зачем? Нам надо развивать всю страну. Я считаю, что надо создавать в регионах конкуренцию условий. В США, например, дали большие полномочия штатам за то, чтобы они в рамках своих широких полномочий соревновались за привлечение бизнеса. И они сделали очень многое.

— Подобное и нам можно было бы сделать, кажется…

— Мне тоже так кажется. Но какие возникают контраргументы? Говорят: "А вдруг в регионах будет коррупция?". Но мы живем в уже настолько прозрачном мире, что любые отклонения от правильной линии сразу видны, фиксируются. Если человек вместо того, чтобы помогать развиваться бизнесу, начинает с него что-то вымогать, волны-то сразу идут. Просто не надо обязательно дожидаться, когда на него наручники наденут, но как только видно не соответствующее миссии человека поведение, его надо гнать с работы.

— А что можно сказать о внешних рисках? Например, на Корейском полуострове, под боком у вас, вновь нарастает напряженность, которая грозит разрастись чуть ли не до военных действий. Учитывает ли правительство эту угрозу в своей работе на Дальнем Востоке?

— Всегда что-то может назавтра произойти. И хорошие, и плохие события. Это не значит, что ожидая этих событий, мы должны как-то по-другому жить, по-другому себя вести. Что касается ситуации вокруг Северной Кореи, я, конечно, не эксперт в международных отношениях, но мое собственное мнение заключается в том, что там бы не было этого конфликта, если бы он постоянно не поддерживался США. Как только хоть что-то начинается у Северной и Южной Кореи, как только там чуть-чуть что-то успокаивается, мгновенно возникают какие-нибудь военно-морские учения, аж с какой-нибудь тренировкой захвата Пхеньяна. Это откровенная провокация.

Есть КНДР — не такая уж и большая страна, не такая уж очень экономически развитая. И есть огромные Соединенные Штаты Америки, которые рядом постоянно бряцают оружием. Какая может быть реакция у КНДР? Они хватаются за то оружие, которое у них под рукой. А потом мы говорим: "Ой, а что это они за ракеты схватились?" А за что им хвататься в этой ситуации? Они же понимают, что будет на следующий день после того, как кто-то войдет в Пхеньян. Они совершенно четко видят, что происходило в других странах. Поэтому они понимают, чем это закончится. И поведение их абсолютно понятно.

Мне кажется, что определённым политикам стоит успокоиться чуть-чуть, и ситуация будет спокойнее. Не надо их провоцировать. У них есть чем заниматься. Думаю, что они с превеликим удовольствием занялись бы развитием своей промышленности, экономики, повышением уровня жизни людей. Наверняка, они бы этим занимались, если бы их постоянно не пугали. А их пугают постоянно. Зачем?

— Удается ли налаживать сотрудничество с Южной Кореей и КНДР, чтобы через экономику подталкивать их к политической стабильности на полуострове?

— Может быть, с приходом нового руководства Южной Кореи произойдут какие-то изменения. Во всяком случае, шансы есть. Для налаживания взаимодействия будет встреча президента РФ с руководителем Южной Кореи, наверняка тема взаимоотношений с Северной Кореей будет обсуждаться.

Мои задачи в этом плане гораздо скромнее. Я являюсь сопредседателем комиссии по развитию торгово-экономического сотрудничества с Южной Кореей. Эта комиссия в последние годы толком не работала. Но сейчас они заинтересованы в продолжении работы, и я надеюсь, что мы сможем внести вклад в улучшение экономических отношений. В том числе в рамках этих экономических отношений рассматриваются и трехсторонние отношения с Южной и Северной Кореей. И я с удовольствием буду заниматься этим.

— В последние годы на Дальнем Востоке открываются новые предприятия. Вместе с тем закрываются старые, те, которые на местном уровне имели ощутимое значение, и эти закрытия довольно болезненные для жителей. Из примеров — "Хабаровский бройлер", совхоз "Заря". Видите ли вы какой-то рецепт реанимирования таких предприятий? Как это произошло, например, с рыбокомбинатом "Островной" на острове Шикотан — реанимировали, создали ТОР на основе предприятия. На ваш взгляд, насколько перспективно распространение вот такого сценария на Дальнем Востоке?

— Экономику развивают люди, экономически активные граждане Российской Федерации, а правительство содействует этим процессам. Да, ряд предприятийзакрываются. Потому что допущены тактические, а часто стратегические ошибки в управлении этими компаниями. Собственно, и все. Это значит, что компетенции у руководства не хватило. Можно ли было им вовремя помочь? Наверное, можно. Мы вмешиваемся иногда в такие ситуации, когда они, скажем, выходят на уровень правительства, но далеко не всегда. Каждым предприятием мы, конечно, заниматься не можем.

Что надо делать? На мой взгляд, как это ни странно, надо серьезно заниматься повышением экономического образования. Люди должны понимать, что такое бизнес, они должны понимать, по каким законам он развивается, многие же имеют об этом отдаленное представление.

Наш Дальневосточный федеральный университет практически не ведет обучения по экономическим специальностям. А как без них развивать Дальний Восток? Ведь даже проекты в прикладных отраслях без экономики не едут. Причем, экономика нам нужна высочайшего уровня, а не переделанные программы советского периода. Нам нужно создавать обучающие программы с участием специалистов из той же Японии, того же Сингапура, из Китая, Южной Кореи. Нам нужен мировой топ, если мы хотим победить в развитии Дальнего Востока, нам нужна вершина по знанию экономики.

Помимо того, что надо людям давать большую возможность обучения, яабсолютно уверен в том, что и среди губернаторов нужно проводить ликбез. Мы их соберем где-то ближе к концу года, может быть в ноябре. Я уже с главой Сбербанка Германом Грефом поговорил на эту тему. Мы дальневосточных чиновников будем обучать.

— На базе корпоративного университета Сбербанка?

— Да. Возьмем руководство полпредства, Министерства по развитию Дальнего Востока, губернаторов, их заместителей по экономике хотя бы. И все немножко поучимся. Кто-то вспомнит, что забыл, кто-то узнает что-то новое, тоже неплохо.

— Как продвигается работа с Росеестром по уточнению кадастра в рамках программы распределения "дальневосточного гектара"?

— Работа движется, они понемножку вносят данные. Они уточняют всю неразбериху, связанную с системой координат, обновляют кадастр, проводят кадастровые работы. На это им надо деньги определенные. Мы постараемся их сконцентрировать на будущий год. В целом, у нас уже сегодня система предоставления земли гражданам, конечно, лучше. Но доработать все это надо.

— Сколько денег Росреестру планируется выделить на эту работу в 2018 году?

— Всего необходимо 5,9 млрд рублей. Из них 3,9 млрд рублей пойдут на разработку картографической основы, а 2 млрд - на комплексные кадастровые работы

— Как вы относитесь к возможности внедрения в работу Росреестра современных технологий, таких как блокчейн, для ее оптимизации?

— Наиболее модным был бы ответ, что одобряю и поддерживаю. Он может быть процентов на 70 и такой, но процентов на 30 нам надо чуть-чуть лучше понимать, как дальше будет развиваться человечество в этом направлении. Когда мы заводим в систему управления технологии, ключ от которых находится в чужих руках, то надо понимать, как этим ключом будут работать. Принципиально картинка выглядит хорошо, что он практически ни в чьих руках, что это распределенная база данных, все это здорово. Но, боюсь, я слишком взрослый для того, чтобы в это поверить.

У нас очень много таких общечеловеческих ценностей декларируется, потом начинаем им следовать, а потом вдруг оказывается, что всем этим кто-то управляет. Вот у нас цены на нефть сплошь рыночные, а когда захотели Соединенные Штаты, они вдруг перестали в течение одного дня быть рыночными и рухнули. Рынок какой-то такой странный. И машин столько же ездит, и котельные столько же топятся, только цены рухнули. И с блокчейном то же самое. Само по себе это перспективное, интересное направление, но надо полностью просчитать последствия, мне кажется.

— Довольно интересная история с коллективными заявками на получение "дальневосточного гектара". По таким заявкам вы обещали помогать государственными деньгами в создании инфраструктуры. Как идет эта работа?

— Пока вся эта работа идет на уровне регионов, и они пока к нам не обращались. Мы договорились о том, что они будут изыскивать возможности помогать. И в случае, если они будут считать, что это слишком большие для них траты, будут обращаться к нам. Мы в начале следующего года всю эту историю обязательно проанализируем. Я могу только еще раз повторить, я это уже говорил: мы точно найдем на это деньги. Вот на что-то другое, может, не найдем, а на то, чтобы создавать новые поселения там, где это людям необходимо, — найдем.

— Как в целом вы оцениваете реализацию программы выделения "дальневосточных гектаров"?

— Вообще, по "гектару" у меня двойственное ощущение. С одной стороны, мне кажется, что мы затеяли очень большую, интересную, правильную работу. С другой стороны, то, что мы дошли до цифры 100 тысяч заявок, и оно как-то поуспокоилось, моему буйному нраву не соответствует. Мне кажется, что 100 тысяч — это все-таки недостаточно. Я понимаю, что взяли сейчас самые активные, которые точно понимают, что с этим будут делать. Но мы эту образовавшуюся очередную плотину обязаны взорвать. Мы должны создать условия для второй волны интереса, и мы их создадим.

— Какие это будут условия?

— Мы придумаем. Есть некоторое представление, но пока хочу обдумать до конца. Например, можно подумать над возможностью коллективного коммерческого использования.

— Что это означает?

— Это значит очень простую историю. Сейчас достаточно рентабелен целый ряд видов сельского хозяйства: молочные фермы, мясные фермы, производство зерновых. Все это вроде работает, но для одного человека это бессмысленная история. Но если сейчас подумать над инициацией создания компаний, которые будут брать у получателей "дальневосточных гектаров" эту землю как паи, как доли в проекте, то получается интересная штука. Человек получает гектар, вкладывает его в общий котел и имеет там какую-то маленькую долю в большом предприятии, которая, например, соль производит и продает в Китай, а человек имеет постоянный источник дохода. Это еще совсем сырая идея, ее доработать надо, но я уверен в том, что это можно доработать, и тогда получится здорово.

— Но речь не идет о прямом выделении гектаров таким компаниям?

— Нет, это другой механизм, это именно сбор людей. Но в этом случае компании получат эту землю гораздо быстрее. И можно еще подумать над льготами таким компаниям, поскольку они в этом случае создают такую общественно значимую историю, то нужно ее в какой-то другой режим благоприятный затащить.

— В Якутии в дополнение к дальневосточным гектарам выдают еще и "якутские гектары". В других регионах Дальнего Востока будут запускаться такие дополнительные программы? Как вы в целом оцениваете подобную инициативу?

— Хороший закон приняли в Якутии, я им признателен. Но не надо из этого создавать жесткую матрицу, лучше пусть каждый сам за себя решает. В Магадане золотопромышленник деньги дает тем, кто гектар получил. Плохо разве? Это замечательно. Но мы же не скажем всем, давайте деньги. Вот он решил так, а в Якутии решили давать дополнительные наделы земли, тоже хорошо. Нам надо всем подумать над тем, как эту историю дополнительно развивать.

— Еще один важный шаг для развития региона - выравнивание стоимости электроэнергии до среднероссийского уровня. Какой прямой и косвенный эффекты получит дальневосточный бизнес от снижения энерготарифов?

— Эффект есть, конечно, там все очень просто. Цифра около 30 млрд рублей. Соответственно, 30 млрд рублей останется в компаниях Дальнего Востока, значит, эти средства могут использоваться для новых инвестиций, для модернизации производства, для повышения оплаты труда. Эти деньги останутся просто в распоряжении компаний, которые они не отдадут поставщикам энергии.

— Но эта история конечная. Механизм снижения энерготарифов действует три года — а что будет после 2020 года?

— Все будет хорошо. Решение будет принимать, конечно, избранный на ту пору президент России, но я верю в то, что решение будет положительным. Я очень надеюсь, что механизм будет продлен.

— Возможно ли за эти три года провести ребалансировку системы таким образом, чтобы в 2020 году не было необходимости продлять действие этого механизма?

— Мы не успеем за это время. Нам для того, чтобы изменились тарифы, нужно всю энергетику Дальнего Востока вытащить на другой уровень. Но это не три года. Мы в этом направлении будем двигаться, у нас очень большой проект по модернизации энергосистемы Чукотки. Он там связан в определенной степени с сетевым хозяйством Магадана. Но это совсем не весь Дальний Восток, а только фрагмент. Изменить энергосистему такой огромной территории — это программа на 10-15 лет.

— Недавно президент поручил оценить потребности авиакомпаний в самолетах для местных авиаперевозок на территории округа и представить предложения по консолидации их закупок. Почему нужны именно консолидированные закупки? Кто и как будет их проводить?

— Я за авиацию не отвечаю. Я отвечаю за Дальний Восток, а исполнением этогопоручения занимаются другие люди. Но у меня тут позиция предельно простая. Нам нужно просто увеличивать количество производства летательных аппаратов на территории страны и Дальнего Востока. Я никогда не смогу поверить в то, что люди, которые делают истребитель Т-50, не в состоянии сделать какую-то "летучку" с одним двигателем, чтобы он вез 10-15 пассажиров.

Просто у нас такая гигантомания — если уж самолет, то самый большой, если вертолет, то тоже самый огроменный. Но люди часто сталкиваются с потребностью в совершенно других, не столь масштабных, но очень повседневных судах. А как результат — мы закупаем тучу воздушных судов иностранного производства. Мне кажется, мы должны научиться строить свои маленькие самолеты.

— Во время "Прямой линии" с президентом жители Дальнего Востока предложили Владимиру Путину вернуться к советской идее строительства моста, соединяющего остров Сахалин с материком. Видите ли вы необходимость в таком масштабном инфраструктурном объекте на Дальнем Востоке?

— У этого вопроса две стороны. Первая — нужен ли нам мост на Сахалин? Наверняка, люди будут жить на Сахалине лучше, если у них будет, так сказать, связь не только водная и воздушная с "большой землей". Вторая - а этот мост куда придет? Он придет в тайгу, в которой ни дорог, ни путей нет. А из этой тайги надо еще куда-то выйти. И это всё вместе будет стоить других денег, чем только мост. Сам мост не такой уж непостижимый проект, а вот мост вместе с транспортными развязками - другая тема.

Если все-таки об этом говорить, как о проекте экономическом, давайте тогда просчитаем, сколько по нему грузов будет ходить. Сроки окупаемости уйдут в вечность, это 100%. Я считаю, что это может быть больше политическимрешением. Как экономическое оно не попадет в число приоритетов. Есть ли сейчас деньги в бюджете для того, чтобы это решение принять? Не знаю.

— В СМИ появилась информация, что Минфин разработал проект планамероприятий по развитию алмазогранильной отрасли в России. Один из пунктов плана — режим tax free на ювелирную продукцию на территории свободного порта Владивостока. Как вы оцениваете это предложение? Когда эта мера может быть запущена?

— Есть такое предложение. У нас пока нет единой позиции с Минфином, продолжается обсуждение, поэтому трудно что-то конкретное об этом говорить.

— Весной сообщалось, что Фонд развития Дальнего Востока (ФРДВ) думает о привлечении стратегического инвестора для торговой площадки "Восход", при чем с расчетом именно на азиатских инвесторов. Как идет эта работа? В целом довольны ли вы работой площадки?

— Я площадкой "Восход" не очень доволен, она могла бы работать интенсивнее. У них была всего пара торгов за прошедший период, объем привлечения порядка 600 млн рублей.

Планируют они сейчас еще торги с объемом примерно таким же — немногим более 500 млн рублей. Мне кажется, что ей можно заниматься интенсивнее. Мы планировали после форума отдельно работу фонда проанализировать, им напомним о необходимости здесь получше работать.

— То, что Дальний Восток — зона экспериментов, многие привыкли. Как вы смотрите на то, чтобы использовать в экономике региона такие экспериментальные инструменты, как криптовалюты? ICO на "Восходе" или на других площадках — думаете о такой идее?

— Мы рассматриваем возможность создания площадки по торгамкриптовалютами. Центробанк нас поддержал. Система "Восход" первой в странеполучила право работать с криптовалютами.

Можно обсуждать и возможность майнинга криптовалют. Потому что есть регионы, где есть переизбыток энергии — и у нас, и в Сибири. И там пока нет возможности перераспределить этот избыток в другие регионы. Поэтому можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать несвязанные объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом.

— Фонд летом запустил программу льготного кредитования для получателей "дальневосточного гектара" с Почта Банком. Каковы первые практические результаты? Говорят, что программа буксует, кредиты почти не выдаются. С чем это связано?

— Программа идет и правда не очень хорошо. Мы подробного анализа проблемы еще не делали. Вопрос, почему так происходит, задавал. Версия коллег из ФРДВ такова: мы кредиты привязали к получению материальных ценностей, а люди хотят просто деньги. И совершенно еще не понятно, на что они их хотят, типа как подарок за гектар. Но это была бы странная история. Мы посмотрим подробнее, точнее я сейчас не скажу, мы детально еще не изучали эту проблему.

tass.ru

Дальневосточная торговая площадка «Восход» получила первую в России госаккредитацию для работы с криптовалютами

Торговая площадка «Восход» получила первую в России официальную аккредитацию для работы с криптовалютами

Сегодня представитель президента России на Дальнем Востоке, вице-премьер Юрий Трутнев, сообщил в интервью информагентству ТАСС, что торговая площадка «Восход», являющаяся проектом Фонда развития Дальнего Востока, первой в России получила от Центрального банка аккредитацию на работу с криптовалютами.

«Мы рассматриваем возможность создания площадки по торгам криптовалютами. Центробанк нас поддержал. Система «Восход» первой в стране получила право работать с криптовалютами», — рассказал вице-премьер.

Трутнев сообщил далее, что руководство региона обдумывает возможность майнинга электронной валюты на Дальнем Востоке.

«Есть регионы, где есть переизбыток энергии – и у нас, и в Сибири. И там пока нет возможности перераспределить этот избыток в другие регионы. Поэтому можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать несвязанные объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом», — объясняет Трутнев.

«Восход» рассчитывает в ближайшее время начать торги:

«У них была пара торгов за прошедший период, объем привлечения порядка 600 миллионов рублей. Планируют они сейчас еще торги с объемом примерно таким же – немногим более 500 млн рублей».

Подписывайтесь на Bitnovosti в telegram!

Делитесь вашим мнением об этой новости в комментариях под новостью.

Источник

Поделиться ссылкой:

Related

bitnovosti.com

Площадка "Восход" с 2018 года хочет начать торги криптовалютой, обеспеченной бриллиантами

Цифровая платформа "Восход", созданная НП РТС и Фондом развития Дальнего Востока (ФРДВ), рассчитывает в январе 2018 года запустить торги криптовалютой D1 Coin, обеспеченной дальневосточными бриллиантами. Такая договоренность достигнута с сингапурской компанией Diamundi Pte Ltd - создателем этой криптовалюты.

Для этого в течение месяца планируется подготовить нормативную основу для запуска ограниченного оборота криптоактивов на "Восходе" в тестовом режиме, но с проведением реальных сделок. Как сообщил ТАСС глава ФРДВ Алексей Чекунков, ее разработкой займется группа, куда войдут представители Минфина, Центробанка, ВЭБ, ФРДВ, НП РТС, а также участников рынка, контролирующих и правоохранительных органов.

По данным Diamundi Pte, общая номинальная стоимость всех D1 Coin, которые до конца 2018 года будут выпущены в оборот, составит около $1 млрд. D1 Coin - это криптовалюта на базе блокчейн-сети Ethereum, обеспеченная бриллиантами инвестиционного качества. Каждый токен D1 Coin обеспечен 1/1000 карата эталонного бриллианта и выпускается под каждый бриллиант в количестве, рассчитанном нейросетью - D1 Matrix - на основе ряда характеристик и анализа рынка, пояснили в компании. Владелец определенного количества D1 Coin сможет обменять их на выбранный бриллиант в режиме онлайн.

Для обеспечения D1 Coin компания использует сертифицированные бриллианты огранщиков, с которыми сотрудничает "Алроса", в том числе и бриллианты ее ограночной структуры - "Бриллианты Алроса". Драгоценные камни планируется хранить в специальных сейфах в Сингапуре и Швейцарии, они будут застрахованы. Доступные в режиме онлайн данные об общем количестве выпущенных D1 и бриллиантов, переданных на хранение, будут проверяться международными аудиторами.

Размещение "бриллиантовой" криптовалюты, по словам Алексея Чекункова, будет производиться траншами. "Не предполагается выпуск необеспеченных токенов, они будут выпускаться по мере наполнения сейфов в Сингапуре и Швейцарии бриллиантами. Компания Diamundi Pte оценивает объем доступного сырья на горизонте одного года в объеме порядка $1 млрд. В этой программе примут участие крупнейшие огранщики "Алросы", - пояснил он, добавив, что первый транш, торги которым начнутся в январе 2018 года, запланирован в объеме $100 млн, "но у компании переподписка в объеме около $400 млн".

Директор "Бриллиантов Алроса" Павел Винихин подтвердил ТАСС, что компания будет поставлять сингапурской стороне бриллианты под этот проект, но отказался называть объемы планируемых поставок. "Мы являемся одним из поставщиков бриллиантов под этот проект, и мы готовы поставить нужные объемы. У нас есть предварительная договоренность с Diamundi Pte, но это коммерческая тайна. Мы формируем довольно большой долгосрочный контракт на определенный объем, который будет реализовываться по месяцам, по мере необходимости объем поставок в рамках контракта может быть увеличен", - пояснил он.

Торги в "песочнице" На минувшей неделе вице-премьер, полномочный представитель президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев провел совещание с участием представителей ЦБ, Минфина, ВЭБ, где обсуждалась возможность создания на Дальнем Востоке некоего "полигона" для выработки регуляторных подходов и обкатки технологий торговли криптоактивами, рассказал ТАСС Алексей Чекунков. По его словам, в правительстве РФ понимают, что нельзя оставаться в стороне от новых трендов и технологий в этой отрасли, но необходимо и защитить российских граждан от спекулятивных рисков. При этом тестировать новые инструменты нужно на практике, "совершая реальные сделки, делая обороты".

"Регуляторная воля есть, в правительстве понимают, что нужно запускать так называемые регуляторные песочницы, в которых будет минимум барьеров, нужно провести несколько размещений, в ручном режиме изучить, как это работает, оценить риски, откалибровать. Затем новые регуляторные механизмы будут внедряться по мере того, как будут оцениваться возникающие на практике риски", - пояснил Чекунков.

При этом, добавил он, "в правительстве есть устойчивое мнение, что по всей стране заниматься этим преждевременно", а на экспериментальном "полигоне" должны будут применяться механизмы защиты розничных российских инвесторов, "но обкатываться регуляторные практики будут в режиме реальных торгов, а не в режиме моделирования". По его словам, фонд ожидает, что этот "полигон" будет запущен до конца года, а базовые решения для начала экспериментальной работы "Восхода" с криптоактивами должны быть согласованы к ноябрю.

Торги под наблюдением Глава фонда напомнил, что в августе 2017 года Центральный банк зарегистрировал правила клиринга, позволяющие использовать "Восход" для операций с цифровыми активами, включая криптоактивы. "Правила клиринга зарегистрированы полностью по стандартам ЦБ, по международным стандартам FATF. "Восход" [в рамках экспериментального проекта] будет проводить процедуру KYC (know your customer - процедура идентификации личности контрагента перед проведением сделки - прим. ТАСС) по отношению к своим клиентам. Будут предложены механизмы защиты участников, особенно розничных неквалифицированных инвесторов, граждан России, от спекулятивных рисков этой среды", - заверил он.

По мнению президента Ассоциации участников финансового рынка "Некоммерческое партнерство развития финансового рынка РТС" Романа Горюнова, "зарегистрированных правил клиринга достаточно, чтобы запустить обращение электронными активами", но биржа ведет консультации с Центробанком по поводу того, какая конструкция наблюдения за экспериментальными торгами для него будет наиболее комфортна.

"В отношении "Восхода" мы предлагаем создать наблюдательный совет, в который вошло бы максимальное количество представителей госорганов и участников рынка, чтобы эффективно вырабатывать правила площадки. Мы предложили его создать: на следующей неделе появится проект положения о совете, а дальше будем наполнять его конкретными задачами. Мы видим роль наблюдательного совета в определении тех продуктов, которые будут допускаться на "Восход", чтобы в том числе минимизировать риски инвесторов, а дальше смотреть на регуляторные ограничения, которые могут понадобиться", - пояснил Горюнов. В то же время он подчеркнул, что это пока только предложение для ЦБ, дискуссия с регулятором относительно того, приемлема ли такая модель, пока продолжается: "Нельзя сказать, что консенсус на данный момент уже достигнут".

По словам Горюнова, для эксперимента на "Восходе" будут выбираться проекты, которые несут в себе минимальные риски, каким является и ICO Diamundi Pte, где токены D1 обеспечены стоимостью бриллиантов. "При запуске подобных продуктов можно с использованием практического опыта вырабатывать разумную регуляторную базу, которая с одной стороны будет предполагать необходимую защиту инвесторов, с другой, позволит в принципе создавать и продавать такие новые продукты", - сказал он.

"Токенизация" экономики Глава ФРДВ выразил уверенность, что новый инструмент будет востребованным, так как "позволит инвесторам диверсифицировать портфели и уйти от стандартных каналов валютных потоков, например от долларовой системы". А криптовалюта, обеспеченная бриллиантами, по его словам, "это, пожалуй, первый вменяемый криптоинструмент, за которым стоит реальный сертифицированный ценный актив от профессионалов финансового рынка".

"Если этот эксперимент удастся, мы будем запускать программу по "токенизации" ценных ресурсов Дальнего Востока. В перспективе можно говорить и о распространении такого механизма на всю Россию", - сказал Чекунков. По его мнению, это позволило бы привлечь "огромный поток инвестиций не только для уже добытых ресурсов, но и для доказанных ресурсов, которые еще предстоит извлечь". Такой "токенизации" прекрасно "поддается золото, углеводороды, лес, редкоземельные металлы", добавил глав ФРДВ.

Вероника Ичеткина

www.fondvostok.ru

Система «Восход» первой получила разрешение на работу с криптовалютой в России » ProfitMaker.Today

Торговая площадка «Восход» первой в России получила право от Центробанка работать с криптовалютами, заявил полномочный представитель президента России на Дальнем Востоке, вице-премьер Юрий Трутнев.

Мы рассматриваем возможность создания площадки по торгам криптовалютами. Центробанк нас поддержал. Система «Восход»первой в стране получила право работать с криптовалютами,- передает ТАСС слова Трутнева.

По словам полпреда, также обсуждается  возможность майнинга криптовалют в ряде регионов Дальнего Востока.

Есть регионы, где есть переизбыток энергии - и у нас, и в Сибири. И там пока нет возможности перераспределить этот избыток в другие регионы. Поэтому можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать несвязанные объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом, - рассказал Трутнев.

Вице-премьер рассказал также, что торговая площадка «Восход» рассчитывает в ближайшее время провести торги на сумму около 500 млн рублей.

У них была пара торгов за прошедший период, объем привлечения порядка 600 млн рублей. Планируют они сейчас еще торги с объемом примерно таким же - немногим более 500 млн рублей, - рассказал Трутнев.

При этом он посетовал, что «площадкой «Восход» не очень доволен, она могла бы работать интенсивнее».

Мне кажется, что ей можно заниматься интенсивнее. Мы планировали после форума отдельно работу фонда проанализировать, им напомним о необходимости здесь получше работать, - добавил Трутнев.

Напомним, ранее Минфин предложил разрешить покупку криптовалюты только инвесторам на бирже.Президент «Ростелекома» Михаил Осеевский высказал свое отношение к перспективам криптовалюты, сравнив ее с фантиками.

profitmaker.today


Смотрите также