Замминистра финансов прокомментировал законопроект о криптовалютах. Законопроект о криптовалютах


В России опубликовали законопроект о криптовалютах

Законопроект о регулировании криптовалют подготовлен Министерством финансов России и опубликован на официальном сайте ведомства. Что содержится в документе: определение криптовалют, токенов и смарт-контрактов, статус операторов криптобирж и майнеров, обязанности организаторов айсио.

Неквалифицированным инвесторам законопроект запрещает тратить на покупку токенов более 50 тысяч рублей. Покупка, продажа и обмен криптовалют будут разрешены только через биржи, зарегистрированные в России. При этом за расчет криптовалютами предлагается ввести как административную, так и уголовную ответственность.

Первое и самое очевидное последствие принятия закона – наделение юридическим статусом майнеров и операторов криптобирж. Налогообложение, сдача отчетности, необходимость соответствовать нормам ряда законов. Замглавы Министерства финансов не исключил и введения специального налога для майнеров.

Поскольку криптовалюты не будут использоваться на территории РФ в качестве платежного средства, то они должны будут декларироваться как имущество. По всей видимости, на него также будет предусмотрен налог.

Что в итоге мы можем увидеть?

Первое: майнинг частично уйдет в подполье. Злостные уклонисты от налогов вряд ли начнут их платить. Второе: налог на криптовалюты как имущество взимать практически невозможно. Скорее всего, он не заработает в полную силу или потребует доработок. Третье: ограничение на инвестиции в айсио повлечет за собой создание криптофондов.

Официально принятый закон призван защищать права инвесторов и клиентов криптобирж. Но частные инвесторы в криптовалюты и айсио почувствуют себя скорее неуютно, нежели защищенно.

Битньюстудей следит за развитием ситуации. Оставайтесь с нами!

bitnewstoday.ru

Эксперты раскритиковали российские законопроекты о криптовалютах

22 мая депутаты Государственной Думы РФ в первом чтении одобрили законопроекты «О цифровых финансовых активах«, «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса (ГК) РФ», «Об альтернативных способах привлечения инвестиций (краудфандинге)».

Специально для журнала ForkLog эксперты проанализировали эти законопроекты и указали на их сильные и слабые стороны. Вторых, впрочем, оказалось больше.

Артем Толкачев, директор ООО «Делойт Консалтинг»:

Несмотря на несогласованность терминов, а также подходов к регулированию, ни один из рассматриваемых проектов нельзя назвать запретительным: каждый из них признает наличие новой формы экономического блага — будь то цифровой финансовый актив, цифровое право или токен, — фиксация которого и распоряжение которым осуществляется в специальном реестре.

При этом в законопроекте о «О цифровых финансовых активах» и законопроекте «О поправках к ГК» существует деление на криптовалюту и токены, а законопроект «О краудфандинге» и вовсе не оперирует понятием криптовалюты.

Прямое указание в законе на наличие нового объекта — криптовалюты — должно благотворно сказаться на бизнесе, который в настоящий момент испытывает большие трудности: операции с криптовалютой периодически связывают с выпуском и оборотом денежных суррогатов и совершением операций, запрещенных законодательством о противодействии отмыванию денежных средств, полученных преступным путем.

В целом, этот подход уравновешен более прагматичным взглядом налоговой службы, которая уже сейчас дает, хотя и в самом общем виде, разъяснения по налогообложению операций с криптовалютой как для физических, так и для юридических лиц.

Между тем уже сейчас понятно, что предлагаемое регулирование по многим вопросам не соответствует деловой практике, а потому его применение будет либо невозможным, либо неэффективным.

Например, порядок обращения криптовалют, установленный в законопроекте «О цифровых финансовых активах», достаточно жестко регламентирован и затрудняет практическую возможность участия инвесторов и эмитентов в обороте цифровых активов. Судя по тексту законопроекта, предлагается не просто ввести специальных субъектов — операторов обмена цифровых финансовых активов, но и установить существенные ограничения на совершаемые с их помощью операции.

Одним из них является требование о прохождении полной идентификации лиц, совершающих сделки с криптовалютой, с отсылкой на текущее законодательство по противодействию отмыванию денег и финансированию терроризма. При этом остаются открытыми вопросы, связанные с применением данных требований на практике. К ним относится, например, необходимость использования совершенно новых методов выявления источника происхождения криптоактивов и мониторинга операций с ними, а также возможность проведения упрощенной идентификации дистанционным способом.

В целом концепция проведения операций с цифровыми активами также кардинально изменяется по сравнению с текущей установленной рыночной практикой: для операций становится необходим цифровой кошелек, который будет открываться исключительно российским оператором обмена цифровых финансовых активов.

С учетом ограничений, вводимых законопроектом «О цифровых финансовых активах», высокая привлекательность российских проектов для иностранных инвесторов является крайне маловероятной. Помимо этого, практическая возможность участия российских резидентов в иностранных ICO-проектах без нарушений российского законодательства также представляется затруднительным.

Предлагается также не допускать обмен одних цифровых активов на другие – обмен возможен только на рубли и иностранную валюту.

Законопроект «О внесении изменений в ГК РФ» прямо указывает на возможность использования цифровых денег (фактически — криптовалют) в качестве платежного средства. Правда, как и почти всякое положение этого законопроекта, оно отсылает к правилам, установленным специальным законом. Соответственно, использовать криптовалюту для осуществления расчетов по сделкам по приобретению токенов нельзя.

Одним из последствий такого запрета будет невозможность проведения ICO в привычном понимании: сегодня большинство проектов используют смарт-контракты, привлекая средства в криптовалютах, — с использованием смарт-контрактов. В концепцию традиционного ICO также не вписываются и положения законопроекта «О краудфандинге»: инвестиции в проект могут осуществляться только безналичными денежными средствами, которые перечисляются на номинальный счет, открытый оператору инвестиционной платформы.

Многочисленные разногласия с устоявшейся практикой порождают неразрешенный вопрос: как же предлагается решать задачу регулирования процесса привлечения финансирования, который показал столь активный рост в прошлом году?

Законопроект «О цифровых финансовых активах» отличают упрощенные правила по раскрытию информации для эмитентов токенов; кроме того, эмитент наделен правом определять конкретные условия сделки по продаже токенов.

Установление простых правил раскрытия информации для эмитентов, скорее всего, объясняется тем, что законодатель делает ставку на защиту инвестора путем установления ограничений на участие в финансировании: свободно участвовать в ICO по новым правилам смогут квалифицированные инвесторы; для неквалифицированных инвесторов будет устанавливаться предельная сумма инвестиций. При этом стоит отметить, что текущая рыночная практика сводится как раз к тому, что основное число инвесторов в ICO-проекты составляют неквалифицированные инвесторы, в то время как институциональные инвесторы только начинают с большой осторожностью осваивать этот рынок. В этой связи указанные ограничения могут существенно повлиять на успешность ICO-кампаний.

Законопроект «О краудфандинге» предлагает несколько вариантов прав, которые могут олицетворять токены, их перечень настолько широк, что фактически и эмитент может выбрать любую стратегию для обоснования продажи токенов. При этом, к сожалению, ни законопроект «О цифровых финансовых активах», ни законопроект «О краудфандинге» не предполагает закрепления инвестиционного договора, который мог бы стать одной из самый востребованных конструкций на рынке: такой договор предполагал бы получение дохода в зависимости от финансовых показателей эмитента токенов без права на управление в компании, которое мало интересует новое поколение инвесторов.

Для неквалифицированных инвесторов в законопроекте «О краудфандинге» также предусмотрено ежегодное ограничение на сумму инвестиций, совершенных с использованием инвестиционных платформ. Аналогичное пороговое значение по получаемым средствам в течение одного календарного года будет установлено для лиц, привлекающих инвестиции, включая эмитентов токенов. Соответствующие количественные ограничения будут устанавливаться Банком России. В первоначальной версии законопроекта, опубликованной на сайте ЦБ РФ, пороговые значения были установлены в объеме 500 тысяч и 200 млн рублей соответственно.

Установление количественных значений может поставить под вопрос целесообразность выбора краудфандинга в качестве альтернативы для привлечения инвестиций в целом и создает ряд противоречий: с учетом серьезных ограничений законодатель пытается перевести в разряд целевой аудитории квалифицированных инвесторов; при этом данный тип инвесторов, как правило, не заинтересован в участии в ICO-кампаниях на небольшие суммы, равно как организации, которые обычно привлекают средства от квалифицированных инвесторов.

Также законопроект «О краудфандинге» вводит нового субъекта — оператора инвестиционной платформы — и определяет требования к такому субъекту, а также отделяет его ответственность от ответственности эмитента токенов, что также положительно скажется на создании необходимой инфраструктуры и совершенствовании и повышении безопасности процесса привлечения инвестиций.

При этом для операторов инвестиционных платформ Банк России предлагает процедуру включения в реестр, а не лицензирования (деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов, напротив, предполагает получение лицензии в рамках законодательства об организованных торгах и законодательства о рынке ценных бумаг). На данный момент неясно, как будут соотноситься эти субъекты, учитывая, что деятельность операторов инвестиционных платформ будет распространяться на посредничество не только при выпуске токенов, но и при реализации других способов привлечения финансирования, в том числе в рамках законодательства о рынке ценных бумаг.

В завершение стоит отметить, что ни один из законопроектов, которые до сих пор предлагались в качестве основы для регулирования криптовалют в России, не затрагивает вопросов бухгалтерского и налогового учета цифровых активов и не рассматривает деталей обращения взыскания на цифровое имущество в рамках исполнительного производства с учетом множества особенностей, связанных с их эмиссией и оборотом. Это еще одна из причин, помимо всех вышеперечисленных, которая дает основание предположить, что в краткосрочной перспективе предложенное регулирование в текущей редакции вряд ли сможет охватить базовые практические вопросы инвесторов и интернет-проектов, ставя тем самым под сомнение привлекательность российского рынка.

Игорь Судец, директор программы дополнительного образования Blockchain Lawyers:

На голосование была вынесена первоначальная редакция законопроекта «О цифровых финансовых активах», однако и разработчики, и экспертное сообщество понимают, что в результате законопроект обретет совсем другие очертания. Этот законопроект глава Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков обещал существенно править еще в момент внесения, а сейчас, когда есть заключение правительства, стало понятно, что он будет переписан полностью.

В Сколково и на Петербургском международном юридическом форуме представлялась новая редакция законопроекта — и она ничего общего с блокчейном не имеет — в нем речь идет о создании цифровых платформ, которые на своих нераспределенных реестрах учитывают денежные обязательства, фактически облигации, и доли/акции компаний, являясь, в свою очередь, агентами, обеспечивающими регистрацию соответствующих прав в госорганах. Идея очень хорошая и правильная, но к блокчейну отношения не имеет.

Также достоверно известно, что из базового законопроекта, внесенного председателем Госдумы РФ Вячеславом Володиным и председателем профильного комитета по законодательству Павлом Крашенинниковым, исчезнет упоминание так называемых цифровых денег (криптовалют). Такой подход является резко негативным, поскольку отказавшись легализовывать криптовалюту из-за ее якобы теневого характера, ее статуса денежного суррогата и финансовой пирамиды, законодатель будет вынужден ограничить возможности и других блокчейн-инструментов, в частности ICO и майнинга. А если криптовалюта является ничем с точки зрения права, ее реклама не приветствуется, а собственники не имеют судебную защиту, в том числе от хищений — криптовалюта не сможет привлекать инвестиции в российскую юрисдикцию.

В то же время хочется отдать должное разработчикам законопроекта, которые очевидно пытались создать комфортные условия в ГК для дальнейшего внедрения новых технологий. При этом важно понимать, что поправки в Гражданский кодекс не будут работать без внедрения профильного законодательства и принятия соответствующих подзаконных актов.

Александр Журавлев, управляющий партнер юридической компании «Эффективные бизнес ресурсы» и сооснователь программы дополнительного образования Blockchain Lawyers:

Законопроект «О цифровых финансовых активах» определяет майнинг как коммерческую деятельность. Кроме того, согласно проекту, к майнерам предлагается относить граждан и юридических лиц, которые в течение трех месяцев превышают лимиты энергопотребления. Однако проблема состоит в том, что лимиты, которые в большей части субъектов РФ попросту не установлены, могут быть превышены и по другим причинам.

На мой взгляд, вместо этого стоит ввести официальную регистрацию майнеров и установить некий уровень прибыли и/или количество операций, а также иные критерии, при превышении которых их деятельность переходит в разряд коммерческой.

Важно разделять два вида майнинга: промышленный майнинг в больших масштабах, в интересах третьих лиц или собственных и непромышленный вид майнинга, когда человек посредством одного ASIC-майнера добывает криптовалюту для себя. Подводить все под предпринимательскую деятельность — неразумно.

Законопроект вводит понятие смарт-контракта как «договора в электронной форме». Однако существующие положения ГК РФ различают только устную, письменную и нотариальную форму. По сути смарт-контракт — это вид договора, поэтому мы предлагаем заменить термин «форма» на «вид», что позволит избежать путаницы в понятиях.

В целом определение смарт-контракта нельзя назвать полным. На наш взгляд, это компьютерный алгоритм и/или код, предназначенный для заключения и/или исполнения сделок в ГК. Также нужно прописать возможность использования смарт-контракта не только в распределенном реестре.

В законопроекте «О внесении изменений в ГК» содержится условие, которое разрешает третьим лицам и сторонам сделки оспаривать только исполнение смарт-контракта. Это условие нужно исключить, потому что оно противоречит статье 12 ГК РФ, а также специальным нормам закона «О банкротстве». Поскольку в этих статьях исчерпывающе указан полный перечень способов судебной защиты прав, то созданные в новом законопроекте ограничения могут породить противоречия при судебных разрешениях подобных споров.

С другой стороны, законодателю необходимо подтвердить, что стороны договора подтверждают, что понимают и согласны с условиями, прописанными исключительно в форме программного кода. На слушаниях в Общественной палате разработчики согласились с необходимостью доработки этого положения.

Понятие цифровых денег, исходя из заключения профильного комитета, который проектирует дальнейшие поправки, будет исключено из законопроекта о внесении изменений в ГК, при этом в проекте ФЗ «О цифровых финансовых активах» вводится понятие «криптовалюта». В законопроекте уточняется, что совершать обмен цифровых финансовых активом на рубли или иностранную валюту допустимо только через операторов подобных активов: брокеров, дилеров, юридических лиц и биржевые площадки. Перечень разрешенных в России сделок и порядок их проведения будет устанавливать Центробанк по согласованию с правительством. При этом предлагается также не допускать обмен одних цифровых активов на другие (обмен одной криптовалюты на другую или обмен токенов на криптовалюту).

Очень важно, чтобы возможность произведения оплаты в криптовалюте была сохранена, хотя бы для ICO-проектов, поскольку платить за токены криптовалютой — это общемировая практика. Если это сейчас ограничить, то многие ICO-проекты не придут в российскую юрисдикцию. По оценке аналитического агентства ICORating, общие вложения инвесторов в ICO только за первый квартал 2018 года составили более $3,3 млрд, и это нужно расценивать как потенциальные налоги, рабочие места и т.д.

Что касается ICO, то мы предлагаем ввести прогрессивную формулу, которая учитывала бы размер инвестиций в проект и потенциальный размер убытков. На основании этих данных для каждого проекта можно отдельно рассчитывать минимальный размер уставного капитала.

Кроме того, мы предложили осуществлять дополнительную защиту инвесторов через введение обязательного страхования рисков для организаторов ICO. По нашему представлению, это будет представлять собой аналогию фонда обманутых дольщиков, который будет использован в случае провала ICO-проекта.

Кроме того, нами предлагается в будущем не ограничивать модели проведения ICO: SAFT, ILP, DAICO, STO и традиционную модель классического ICO, поскольку непонятно, какие из них смогут прижиться в РФ.

Следует отметить, что поскольку Банком России будут устанавливаться ограничения для неквалифицированных участников рынка на инвестиции в краудфандинговые проекты, то сам смысл «народных инвестиций» теряет свое значение в привычном понимании. Именно поэтому, если в рассматриваемые законопроекты не будут внесены изменения, проведение ICO в РФ не сможет стать доступным инструментом для развития бизнеса в его общемировом понимании.

Отметим, что для проведения операций с цифровыми активами необходимо иметь цифровой кошелек. Его открытие будет возможно исключительно российским оператором обмена цифровых финансовых активов.

В проекте ФЗ «О краудфандинге» вводится понятие оператора инвестиционной платформы, а также устанавливаются требования к нему. Этим законопроектом вводится разграничение его ответственности от ответственности лиц, которые выпускают токены. Для операторов инвестиционных платформ Банк России предлагает процедуру включения в реестр, а не лицензирования в привычном понимании.

В проекте ФЗ «О цифровых финансовых активах» вводится понятие «Оператор обмена цифровых финансовых активов» — это юридическое лицо, совершающее сделки по обмену токенов на рубли или иностранную валюту. Операторами обмена цифровых финансовых активов могут быть только юридические лица, которые созданы в соответствии с законодательством РФ. Деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов в отличии от инвестиционных платформ предполагает получение лицензии в рамках законодательства об организованных торгах и о рынке ценных бумаг.

Также остается открытым вопрос, как именно будет соотноситься деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов с инвестиционными платформами.

Нам бы хотелось, чтобы законодатели легализовали работу иностранных обменников, криптовалютных бирж и кошельков без дополнительных заявок с их стороны (путем выдачи разрешений со стороны профильного органа исполнительной власти). Пока что там предполагается сложная процедура аккредитации.

Поправки, предложенные в статью 128 ГК РФ, относят цифровые права к объектам гражданских прав, и это очень хорошая норма, потому что в случае возникновения каких-либо споров, можно точно сказать, что токены — это имущественные права, которые подлежат защите. На мой взгляд, внесение таких изменений положительно скажется на правоприменительной практике.

Предлагается уточнить и расширить используемый в законопроектах термин «Цифровые права» (токены) до общемировой терминологии: «utility-» и «security-токенов». Мы предлагаем дополнить описание различий между ними, в том числе в вопросе их законодательного регулирования. Это следует также разграничить специальным законом «О цифровых финансовых активах», а не в поправках к ГК.

Вместе с тем, сам термин «цифровые права» подразумевает, что речь идет о неком субъективном праве, тогда как по терминологии статьи цифровое право — это цифровой код или обозначение права на объекты гражданских прав. Здесь нужно учесть, что сведения или запись о каком-то имущественном праве не могут являться правом как таковым, а лишь могут подтверждать наличие права.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что цифровые права дают возможность у кого-то что-то требовать, но совершенно ясно, что возможность потребовать дает не сама запись, код или обозначение, которые есть в блокчейне, а то право, которое эту возможность предусматривает. Токен по сути дает право требовать от определенного лица либо исполнения обязательств по поставке товаров, оказанию услуг, выполнению работ, если это utility-токен, либо исполнения денежных обязательств (возврат займа с процентами, выплаты дивидендов и т.д.) или участия в управление компании, если это security-токен.

Кроме того, во избежание разночтений и противоречий в правоприменительной практике, следует упорядочить терминологию во всех трех законопроектах.

ФНС уже сейчас предоставляет общие разъяснения по налогообложению операций с криптовалютами для юридических и физических лиц. Однако до настоящего времени не разработан законопроект, который бы регламентировал налогообложение трейдинга, операций с криптовалютой, обменников, майнинга, а также вопросов, связанных с ICO. Пробел в этом вопросе может привести к негативным последствиям, поскольку налогообложение должно коррелировать с принимаемыми положениями этих законопроектов и правила игры для бизнеса в этой сфере должны быть понятны.

Мы считаем, что до рассмотрения законопроектов во втором и третьем (окончательном) чтении необходимо разработать положения законодательства, которые будут регулировать вопросы налогообложения этой отрасли. Это можно сделать, создав согласованный с экспертным сообществом специальный режим под эти виды деятельности или, по примеру Беларуси, объявить налоговые каникулы для всех игроков криптовалютного рынка сроком на один год, чтобы оценить, как будут работать принятые законопроекты в окончательном виде и подготовиться к нормальному налоговому администрированию отрасли.

Поскольку у цифровых активов существует особая система оборота, учета и операций, то законодателю следовало предложить соответствующие поправки о порядке обращения взыскания на цифровые активы/права в рамках принудительного исполнения судебных решений (исполнительного производства). Отдельно следует отметить, что законодатель не предложил таких поправок.

В целом на фоне международной практики Россия заняла сдержанную позицию в отношении криптовалют, не пойдя по пути Китая или Индии с полным запретом этого рынка, но и не заняв общепринятую лидерами рынка прогрессивную позицию, как это сделали Швейцария, Гибралтар и подобные юрисдикции. Но сам по себе важен тот факт, что работа в этом направлении ведется. Я надеюсь, что законодатели и другие профильные ведомства услышат экспертное сообщество и внесут поправки в законопроекты ко второму и третьему чтению, поскольку большинство экспертов сошлись во мнении, что документы нуждаются в доработке.

По поручению президента РФ работа по законодательному регулированию криптовалют должна быть завершена к июлю, но, на наш взгляд, важно не бежать за исполнением этого поручения, а основательно и обстоятельно доработать законопроект, поскольку отрасль очень важная и она может обеспечивать прорыв в экономике.

Добавим, что перечисленные выше поправки в ГК РФ были переданы экспертами в Общественную палату РФ. Прочие предложения по изменению законопроекта «О цифровых финансовых активах» должны быть представлены в срок до 4 июня.

Источник: forklog.com

cryptowiki.ru

Эксперты раскритиковали российские законопроекты о криптовалютах

22 мая депутаты Государственной Думы РФ в первом чтении одобрили законопроекты «О цифровых финансовых активах«, «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса (ГК) РФ», «Об альтернативных способах привлечения инвестиций (краудфандинге)».

Специально для журнала ForkLog эксперты проанализировали эти законопроекты и указали на их сильные и слабые стороны. Вторых, впрочем, оказалось больше.

Артем Толкачев, директор ООО «Делойт Консалтинг»:

Несмотря на несогласованность терминов, а также подходов к регулированию, ни один из рассматриваемых проектов нельзя назвать запретительным: каждый из них признает наличие новой формы экономического блага — будь то цифровой финансовый актив, цифровое право или токен, — фиксация которого и распоряжение которым осуществляется в специальном реестре.

При этом в законопроекте о «О цифровых финансовых активах» и законопроекте «О поправках к ГК» существует деление на криптовалюту и токены, а законопроект «О краудфандинге» и вовсе не оперирует понятием криптовалюты.

Прямое указание в законе на наличие нового объекта — криптовалюты — должно благотворно сказаться на бизнесе, который в настоящий момент испытывает большие трудности: операции с криптовалютой периодически связывают с выпуском и оборотом денежных суррогатов и совершением операций, запрещенных законодательством о противодействии отмыванию денежных средств, полученных преступным путем.

В целом, этот подход уравновешен более прагматичным взглядом налоговой службы, которая уже сейчас дает, хотя и в самом общем виде, разъяснения по налогообложению операций с криптовалютой как для физических, так и для юридических лиц.

Между тем уже сейчас понятно, что предлагаемое регулирование по многим вопросам не соответствует деловой практике, а потому его применение будет либо невозможным, либо неэффективным.

Например, порядок обращения криптовалют, установленный в законопроекте «О цифровых финансовых активах», достаточно жестко регламентирован и затрудняет практическую возможность участия инвесторов и эмитентов в обороте цифровых активов. Судя по тексту законопроекта, предлагается не просто ввести специальных субъектов — операторов обмена цифровых финансовых активов, но и установить существенные ограничения на совершаемые с их помощью операции.

Одним из них является требование о прохождении полной идентификации лиц, совершающих сделки с криптовалютой, с отсылкой на текущее законодательство по противодействию отмыванию денег и финансированию терроризма. При этом остаются открытыми вопросы, связанные с применением данных требований на практике. К ним относится, например, необходимость использования совершенно новых методов выявления источника происхождения криптоактивов и мониторинга операций с ними, а также возможность проведения упрощенной идентификации дистанционным способом.

В целом концепция проведения операций с цифровыми активами также кардинально изменяется по сравнению с текущей установленной рыночной практикой: для операций становится необходим цифровой кошелек, который будет открываться исключительно российским оператором обмена цифровых финансовых активов.

С учетом ограничений, вводимых законопроектом «О цифровых финансовых активах», высокая привлекательность российских проектов для иностранных инвесторов является крайне маловероятной. Помимо этого, практическая возможность участия российских резидентов в иностранных ICO-проектах без нарушений российского законодательства также представляется затруднительным.

Предлагается также не допускать обмен одних цифровых активов на другие – обмен возможен только на рубли и иностранную валюту.

Законопроект «О внесении изменений в ГК РФ» прямо указывает на возможность использования цифровых денег (фактически — криптовалют) в качестве платежного средства. Правда, как и почти всякое положение этого законопроекта, оно отсылает к правилам, установленным специальным законом. Соответственно, использовать криптовалюту для осуществления расчетов по сделкам по приобретению токенов нельзя.

Одним из последствий такого запрета будет невозможность проведения ICO в привычном понимании: сегодня большинство проектов используют смарт-контракты, привлекая средства в криптовалютах, — с использованием смарт-контрактов. В концепцию традиционного ICO также не вписываются и положения законопроекта «О краудфандинге»: инвестиции в проект могут осуществляться только безналичными денежными средствами, которые перечисляются на номинальный счет, открытый оператору инвестиционной платформы.

Многочисленные разногласия с устоявшейся практикой порождают неразрешенный вопрос: как же предлагается решать задачу регулирования процесса привлечения финансирования, который показал столь активный рост в прошлом году?

Законопроект «О цифровых финансовых активах» отличают упрощенные правила по раскрытию информации для эмитентов токенов; кроме того, эмитент наделен правом определять конкретные условия сделки по продаже токенов.

Установление простых правил раскрытия информации для эмитентов, скорее всего, объясняется тем, что законодатель делает ставку на защиту инвестора путем установления ограничений на участие в финансировании: свободно участвовать в ICO по новым правилам смогут квалифицированные инвесторы; для неквалифицированных инвесторов будет устанавливаться предельная сумма инвестиций. При этом стоит отметить, что текущая рыночная практика сводится как раз к тому, что основное число инвесторов в ICO-проекты составляют неквалифицированные инвесторы, в то время как институциональные инвесторы только начинают с большой осторожностью осваивать этот рынок. В этой связи указанные ограничения могут существенно повлиять на успешность ICO-кампаний.

Законопроект «О краудфандинге» предлагает несколько вариантов прав, которые могут олицетворять токены, их перечень настолько широк, что фактически и эмитент может выбрать любую стратегию для обоснования продажи токенов. При этом, к сожалению, ни законопроект «О цифровых финансовых активах», ни законопроект «О краудфандинге» не предполагает закрепления инвестиционного договора, который мог бы стать одной из самый востребованных конструкций на рынке: такой договор предполагал бы получение дохода в зависимости от финансовых показателей эмитента токенов без права на управление в компании, которое мало интересует новое поколение инвесторов.

Для неквалифицированных инвесторов в законопроекте «О краудфандинге» также предусмотрено ежегодное ограничение на сумму инвестиций, совершенных с использованием инвестиционных платформ. Аналогичное пороговое значение по получаемым средствам в течение одного календарного года будет установлено для лиц, привлекающих инвестиции, включая эмитентов токенов. Соответствующие количественные ограничения будут устанавливаться Банком России. В первоначальной версии законопроекта, опубликованной на сайте ЦБ РФ, пороговые значения были установлены в объеме 500 тысяч и 200 млн рублей соответственно.

Установление количественных значений может поставить под вопрос целесообразность выбора краудфандинга в качестве альтернативы для привлечения инвестиций в целом и создает ряд противоречий: с учетом серьезных ограничений законодатель пытается перевести в разряд целевой аудитории квалифицированных инвесторов; при этом данный тип инвесторов, как правило, не заинтересован в участии в ICO-кампаниях на небольшие суммы, равно как организации, которые обычно привлекают средства от квалифицированных инвесторов.

Также законопроект «О краудфандинге» вводит нового субъекта — оператора инвестиционной платформы — и определяет требования к такому субъекту, а также отделяет его ответственность от ответственности эмитента токенов, что также положительно скажется на создании необходимой инфраструктуры и совершенствовании и повышении безопасности процесса привлечения инвестиций.

При этом для операторов инвестиционных платформ Банк России предлагает процедуру включения в реестр, а не лицензирования (деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов, напротив, предполагает получение лицензии в рамках законодательства об организованных торгах и законодательства о рынке ценных бумаг). На данный момент неясно, как будут соотноситься эти субъекты, учитывая, что деятельность операторов инвестиционных платформ будет распространяться на посредничество не только при выпуске токенов, но и при реализации других способов привлечения финансирования, в том числе в рамках законодательства о рынке ценных бумаг.

В завершение стоит отметить, что ни один из законопроектов, которые до сих пор предлагались в качестве основы для регулирования криптовалют в России, не затрагивает вопросов бухгалтерского и налогового учета цифровых активов и не рассматривает деталей обращения взыскания на цифровое имущество в рамках исполнительного производства с учетом множества особенностей, связанных с их эмиссией и оборотом. Это еще одна из причин, помимо всех вышеперечисленных, которая дает основание предположить, что в краткосрочной перспективе предложенное регулирование в текущей редакции вряд ли сможет охватить базовые практические вопросы инвесторов и интернет-проектов, ставя тем самым под сомнение привлекательность российского рынка.

Игорь Судец, директор программы дополнительного образования Blockchain Lawyers:

На голосование была вынесена первоначальная редакция законопроекта «О цифровых финансовых активах», однако и разработчики, и экспертное сообщество понимают, что в результате законопроект обретет совсем другие очертания. Этот законопроект глава Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков обещал существенно править еще в момент внесения, а сейчас, когда есть заключение правительства, стало понятно, что он будет переписан полностью.

В Сколково и на Петербургском международном юридическом форуме представлялась новая редакция законопроекта — и она ничего общего с блокчейном не имеет — в нем речь идет о создании цифровых платформ, которые на своих нераспределенных реестрах учитывают денежные обязательства, фактически облигации, и доли/акции компаний, являясь, в свою очередь, агентами, обеспечивающими регистрацию соответствующих прав в госорганах. Идея очень хорошая и правильная, но к блокчейну отношения не имеет.

Также достоверно известно, что из базового законопроекта, внесенного председателем Госдумы РФ Вячеславом Володиным и председателем профильного комитета по законодательству Павлом Крашенинниковым, исчезнет упоминание так называемых цифровых денег (криптовалют). Такой подход является резко негативным, поскольку отказавшись легализовывать криптовалюту из-за ее якобы теневого характера, ее статуса денежного суррогата и финансовой пирамиды, законодатель будет вынужден ограничить возможности и других блокчейн-инструментов, в частности ICO и майнинга. А если криптовалюта является ничем с точки зрения права, ее реклама не приветствуется, а собственники не имеют судебную защиту, в том числе от хищений — криптовалюта не сможет привлекать инвестиции в российскую юрисдикцию.

В то же время хочется отдать должное разработчикам законопроекта, которые очевидно пытались создать комфортные условия в ГК для дальнейшего внедрения новых технологий. При этом важно понимать, что поправки в Гражданский кодекс не будут работать без внедрения профильного законодательства и принятия соответствующих подзаконных актов.

Александр Журавлев, управляющий партнер юридической компании «Эффективные бизнес ресурсы» и сооснователь программы дополнительного образования Blockchain Lawyers:

Законопроект «О цифровых финансовых активах» определяет майнинг как коммерческую деятельность. Кроме того, согласно проекту, к майнерам предлагается относить граждан и юридических лиц, которые в течение трех месяцев превышают лимиты энергопотребления. Однако проблема состоит в том, что лимиты, которые в большей части субъектов РФ попросту не установлены, могут быть превышены и по другим причинам.

На мой взгляд, вместо этого стоит ввести официальную регистрацию майнеров и установить некий уровень прибыли и/или количество операций, а также иные критерии, при превышении которых их деятельность переходит в разряд коммерческой.

Важно разделять два вида майнинга: промышленный майнинг в больших масштабах, в интересах третьих лиц или собственных и непромышленный вид майнинга, когда человек посредством одного ASIC-майнера добывает криптовалюту для себя. Подводить все под предпринимательскую деятельность — неразумно.

Законопроект вводит понятие смарт-контракта как «договора в электронной форме». Однако существующие положения ГК РФ различают только устную, письменную и нотариальную форму. По сути смарт-контракт — это вид договора, поэтому мы предлагаем заменить термин «форма» на «вид», что позволит избежать путаницы в понятиях.

В целом определение смарт-контракта нельзя назвать полным. На наш взгляд, это компьютерный алгоритм и/или код, предназначенный для заключения и/или исполнения сделок в ГК. Также нужно прописать возможность использования смарт-контракта не только в распределенном реестре.

В законопроекте «О внесении изменений в ГК» содержится условие, которое разрешает третьим лицам и сторонам сделки оспаривать только исполнение смарт-контракта. Это условие нужно исключить, потому что оно противоречит статье 12 ГК РФ, а также специальным нормам закона «О банкротстве». Поскольку в этих статьях исчерпывающе указан полный перечень способов судебной защиты прав, то созданные в новом законопроекте ограничения могут породить противоречия при судебных разрешениях подобных споров.

С другой стороны, законодателю необходимо подтвердить, что стороны договора подтверждают, что понимают и согласны с условиями, прописанными исключительно в форме программного кода. На слушаниях в Общественной палате разработчики согласились с необходимостью доработки этого положения.

Понятие цифровых денег, исходя из заключения профильного комитета, который проектирует дальнейшие поправки, будет исключено из законопроекта о внесении изменений в ГК, при этом в проекте ФЗ «О цифровых финансовых активах» вводится понятие «криптовалюта». В законопроекте уточняется, что совершать обмен цифровых финансовых активом на рубли или иностранную валюту допустимо только через операторов подобных активов: брокеров, дилеров, юридических лиц и биржевые площадки. Перечень разрешенных в России сделок и порядок их проведения будет устанавливать Центробанк по согласованию с правительством. При этом предлагается также не допускать обмен одних цифровых активов на другие (обмен одной криптовалюты на другую или обмен токенов на криптовалюту).

Очень важно, чтобы возможность произведения оплаты в криптовалюте была сохранена, хотя бы для ICO-проектов, поскольку платить за токены криптовалютой — это общемировая практика. Если это сейчас ограничить, то многие ICO-проекты не придут в российскую юрисдикцию. По оценке аналитического агентства ICORating, общие вложения инвесторов в ICO только за первый квартал 2018 года составили более $3,3 млрд, и это нужно расценивать как потенциальные налоги, рабочие места и т.д.

Что касается ICO, то мы предлагаем ввести прогрессивную формулу, которая учитывала бы размер инвестиций в проект и потенциальный размер убытков. На основании этих данных для каждого проекта можно отдельно рассчитывать минимальный размер уставного капитала.

Кроме того, мы предложили осуществлять дополнительную защиту инвесторов через введение обязательного страхования рисков для организаторов ICO. По нашему представлению, это будет представлять собой аналогию фонда обманутых дольщиков, который будет использован в случае провала ICO-проекта.

Кроме того, нами предлагается в будущем не ограничивать модели проведения ICO: SAFT, ILP, DAICO, STO и традиционную модель классического ICO, поскольку непонятно, какие из них смогут прижиться в РФ.

Следует отметить, что поскольку Банком России будут устанавливаться ограничения для неквалифицированных участников рынка на инвестиции в краудфандинговые проекты, то сам смысл «народных инвестиций» теряет свое значение в привычном понимании. Именно поэтому, если в рассматриваемые законопроекты не будут внесены изменения, проведение ICO в РФ не сможет стать доступным инструментом для развития бизнеса в его общемировом понимании.

Отметим, что для проведения операций с цифровыми активами необходимо иметь цифровой кошелек. Его открытие будет возможно исключительно российским оператором обмена цифровых финансовых активов.

В проекте ФЗ «О краудфандинге» вводится понятие оператора инвестиционной платформы, а также устанавливаются требования к нему. Этим законопроектом вводится разграничение его ответственности от ответственности лиц, которые выпускают токены. Для операторов инвестиционных платформ Банк России предлагает процедуру включения в реестр, а не лицензирования в привычном понимании.

В проекте ФЗ «О цифровых финансовых активах» вводится понятие «Оператор обмена цифровых финансовых активов» — это юридическое лицо, совершающее сделки по обмену токенов на рубли или иностранную валюту. Операторами обмена цифровых финансовых активов могут быть только юридические лица, которые созданы в соответствии с законодательством РФ. Деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов в отличии от инвестиционных платформ предполагает получение лицензии в рамках законодательства об организованных торгах и о рынке ценных бумаг.

Также остается открытым вопрос, как именно будет соотноситься деятельность операторов обмена цифровых финансовых активов с инвестиционными платформами.

Нам бы хотелось, чтобы законодатели легализовали работу иностранных обменников, криптовалютных бирж и кошельков без дополнительных заявок с их стороны (путем выдачи разрешений со стороны профильного органа исполнительной власти). Пока что там предполагается сложная процедура аккредитации.

Поправки, предложенные в статью 128 ГК РФ, относят цифровые права к объектам гражданских прав, и это очень хорошая норма, потому что в случае возникновения каких-либо споров, можно точно сказать, что токены — это имущественные права, которые подлежат защите. На мой взгляд, внесение таких изменений положительно скажется на правоприменительной практике.

Предлагается уточнить и расширить используемый в законопроектах термин «Цифровые права» (токены) до общемировой терминологии: «utility-» и «security-токенов». Мы предлагаем дополнить описание различий между ними, в том числе в вопросе их законодательного регулирования. Это следует также разграничить специальным законом «О цифровых финансовых активах», а не в поправках к ГК.

Вместе с тем, сам термин «цифровые права» подразумевает, что речь идет о неком субъективном праве, тогда как по терминологии статьи цифровое право — это цифровой код или обозначение права на объекты гражданских прав. Здесь нужно учесть, что сведения или запись о каком-то имущественном праве не могут являться правом как таковым, а лишь могут подтверждать наличие права.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что цифровые права дают возможность у кого-то что-то требовать, но совершенно ясно, что возможность потребовать дает не сама запись, код или обозначение, которые есть в блокчейне, а то право, которое эту возможность предусматривает. Токен по сути дает право требовать от определенного лица либо исполнения обязательств по поставке товаров, оказанию услуг, выполнению работ, если это utility-токен, либо исполнения денежных обязательств (возврат займа с процентами, выплаты дивидендов и т.д.) или участия в управление компании, если это security-токен.

Кроме того, во избежание разночтений и противоречий в правоприменительной практике, следует упорядочить терминологию во всех трех законопроектах.

ФНС уже сейчас предоставляет общие разъяснения по налогообложению операций с криптовалютами для юридических и физических лиц. Однако до настоящего времени не разработан законопроект, который бы регламентировал налогообложение трейдинга, операций с криптовалютой, обменников, майнинга, а также вопросов, связанных с ICO. Пробел в этом вопросе может привести к негативным последствиям, поскольку налогообложение должно коррелировать с принимаемыми положениями этих законопроектов и правила игры для бизнеса в этой сфере должны быть понятны.

Мы считаем, что до рассмотрения законопроектов во втором и третьем (окончательном) чтении необходимо разработать положения законодательства, которые будут регулировать вопросы налогообложения этой отрасли. Это можно сделать, создав согласованный с экспертным сообществом специальный режим под эти виды деятельности или, по примеру Беларуси, объявить налоговые каникулы для всех игроков криптовалютного рынка сроком на один год, чтобы оценить, как будут работать принятые законопроекты в окончательном виде и подготовиться к нормальному налоговому администрированию отрасли.

Поскольку у цифровых активов существует особая система оборота, учета и операций, то законодателю следовало предложить соответствующие поправки о порядке обращения взыскания на цифровые активы/права в рамках принудительного исполнения судебных решений (исполнительного производства). Отдельно следует отметить, что законодатель не предложил таких поправок.

В целом на фоне международной практики Россия заняла сдержанную позицию в отношении криптовалют, не пойдя по пути Китая или Индии с полным запретом этого рынка, но и не заняв общепринятую лидерами рынка прогрессивную позицию, как это сделали Швейцария, Гибралтар и подобные юрисдикции. Но сам по себе важен тот факт, что работа в этом направлении ведется. Я надеюсь, что законодатели и другие профильные ведомства услышат экспертное сообщество и внесут поправки в законопроекты ко второму и третьему чтению, поскольку большинство экспертов сошлись во мнении, что документы нуждаются в доработке.

По поручению президента РФ работа по законодательному регулированию криптовалют должна быть завершена к июлю, но, на наш взгляд, важно не бежать за исполнением этого поручения, а основательно и обстоятельно доработать законопроект, поскольку отрасль очень важная и она может обеспечивать прорыв в экономике.

Добавим, что перечисленные выше поправки в ГК РФ были переданы экспертами в Общественную палату РФ. Прочие предложения по изменению законопроекта «О цифровых финансовых активах» должны быть представлены в срок до 4 июня.

Подписывайтесь на новости ForkLog в Telegram: ForkLog Live — вся лента новостей, ForkLog — самые важные новости и опросы.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

forklog.com

Замминистра финансов прокомментировал законопроект о криптовалютах

Майнинг как предпринимательство: Минфин опубликовал законопроект о криптовалютах. В документе предлагается запретить рекламу ICO до публикации оферты и ввести ограничение в 50 тысяч рублей для неквалифицированных инвесторов, которые хотят вложиться в цифровые активы

Фото: Imago/TASS

Обновлено в 16:51

Министерство финансов России опубликовало законопроект о криптовалютах, или — «О цифровых финансовых активах». Запрет сделок с криптовалютами создаст условия для их криминального использования, говорится в документе, но использовать криптовалюты в качестве платежного средства недопустимо. «Цифровые финансовые активы не являются законным средством платежа на территории Российской Федерации», — подчеркивается в публикации.

Министерство Антона Силуанова предлагает запретить рекламу ICO — первичного размещения криптовалюты — до публикации оферты. Согласно документу, вводится ограничение в 50 тысяч рублей для неквалифицированных инвесторов, которые вкладывают средства в цифровые активы. Да и самостоятельно это сделать будет нельзя — только через посредников. Майнинг приравнивается к предпринимательской деятельности.

Речь идет только об ограничениях на процедуру ICO. Просто покупать криптовалюты можно на любую сумму, подтвердил Business FM замминистра финансов Алексей Моисеев. С ним беседовала Елена Марчукова:

— Законопроект действительно жестко установлен по поводу ICO. И нет никаких установленных в законопроекте требований по поводу именно купли-продажи криптовалюты.

— А это является дискуссионным моментом или уже нет?

— Вы знаете, сейчас, как уже говорилось, является дискуссионным моментом вообще сам факт того, что мы начинаем регулировать куплю-продажу криптовалюты, поэтому нам надо по этому поводу сначала решение принять окончательное, а потом уже дальше.

— А то, что касается подробностей. Где именно законопроект разрешает покупать или обменивать цифровые активы, потому что в документе говорится о некоем операторе. Что это за оператор? Или он только будет создан? Можно ли покупать те же биткоины на зарубежных биржах?

— Это четвертая статья законопроекта, там все написано о том, что обмен происходит на организациях, созданных в соответствии с законом «Об организованных торгах», то есть на биржах, которые являются такими с точки зрения российского законодательства.

— Это те же биржи, что занимаются ценными бумагами и прочими активами?

— Скорее всего, да. Там опять же допускает статья дополнительное регулирование со стороны Центрального банка. Но в целом, да.

— Механизма регулирования трансграничных операций нет пока?

— Пока нет.

— Скажите, пожалуйста, правда ли, что есть сейчас разногласия у Минфина и ЦБ по поводу вопроса обмена цифровых активов на рубли? И в чем они заключаются?

— В том, что стоит или не стоит это регулировать, но не всех цифровых активов, а именно криптовалюты. Что касается токенов, разногласий нет.

— И в законопроекте говорится, что криптовалюты не являются средством расчета, то есть получается, что принимать их к оплате в России нельзя?

— Нельзя.

— А можно ли покупать на те же биткоины что-то за рубежом? Условно, музыку в иностранном интернет-магазине можно купить?

— Понимаете, за рубежом можно делать то, что разрешено за рубежом. Мы, собственно, почему пишем о законопроекте о денежных суррогатах. У нас сейчас идет следом законопроект, который будет воплощать конкретное регулирование, конституционный принцип о том, что рубль является единственным законным средством платежа на территории Российской Федерации. Соответственно, ничто другое не является законным средством платежа на территории Российской Федерации. Из этого мы исходили.

— Фактически тот, кто, например, в иностранном магазине по интернету рассчитывается биткоинами, не нарушает в России закон?

— Нет. Берите аналогию с иностранной валютой. Если вы покупаете тоже самое в иностранном магазине по своему платежному инструменту, то вы фактически рассчитываетесь там в иностранной валюте, но вы покупаете товары и услуги не на территории Российской Федерации.

Нужно ли ограничивать предельную сумму, которую неквалифицированный инвестор может вложить в цифровые активы? Вот что говорит директор по развитию экосистемы «Сколково — венчурные инвестиции» Станислав Колесниченко:

Станислав Колесниченкодиректор по развитию экосистемы «Сколково — венчурные инвестиции»

Обменивать криптовалюту на другие активы или валюту можно только на специальных площадках. Их операторами могут быть только юрлица, созданные в соответствии с российским законодательством. Представитель криптобанка Wirex Роман Забуга сомневается в будущем таких торговых площадок:

Роман Забуга представитель криптобанка Wirex

Минфин и Центробанк пока не пришли к согласию относительно возможности обмена криптовалют на рубли, иностранную валюту и другое имущество, говорится в сообщении министерства. По мнению ЦБ, данные сделки должны быть разрешены только в отношении токенов, выпускаемых с целью привлечения финансирования.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

www.bfm.ru

Законопроект о криптовалютах представят 28 декабря - Экономика и бизнес

МОСКВА, 21 декабря. /ТАСС/. Презентация законопроекта о регулировании криптовалют в России пройдет 28 декабря, принять законопроект могут до конца марта, сообщил на пресс-конференции в ТАСС глава комитета Госдумы по финрынку Анатолий Аксаков.

"У нас сегодня еще будет встреча узким кругом, где мы будем расставлять последние акценты перед презентацией законопроекта. Криптовалюта определяется как иное имущество, не выделяются никакие названия - биткойны, эфириумы", - сказал он, подчеркнув, что это не последняя версия, она еще будет обсуждаться.

Как стало известно ТАСС, 28 декабря в Минфине пройдет заседание общественного совета, посвященное обсуждению вариантов регулирования криптовалют в России. Аксаков подтвердил агентству, что речь действительно идет об этом заседании.

Ранее президент РФ Владимир Путин поручил правительству и ЦБ разработать законодательное регулирование криптовалют, майнинга и ICO к июлю 2018 года. С учетом этого, считает депутат, законопроект может быть принят до конца марта.

"У нас срок обозначен президентом. Через неделю будет презентация законопроекта, который начнет дискутироваться. Очевидно, дискуссии будут самые жаркие. У нас точки зрения диаметрально противоположные, в том числе о том, что регулировать вообще ничего не надо, - рассказал Аксаков. - После озвучивания правовой конструкции будет дискуссия с участием профессионалов, на основе которой мы сформулируем окончательный вариант законопроекта. Срок, я думаю, что реальный - первый квартал, конец марта, потому что после узаконивания этого решения надо принять подзаконные акты".

Варианты регулирования

Последняя редакция законопроекта определяет криптовалюты как "иное имущество", имущество особого рода, сообщил Аксаков. В настоящее время это рамочный документ, он пока не прописывает правила налогообложения криптовалют и майнинга, который может рассматриваться как предпринимательская деятельность. "Есть разные предложения, например, сделать его (налогообложение - прим. ред.) нулевым", - отметил депутат.

Что касается регулирования рынка ICO, то в законопроекте определяются подходы к проведению ICO, а также требования к таким проектам и размеру инвестиций. "ICO рассматривается как элемент краудфандинга, и подход такой, что инвесторы должны быть ограничены в сумме, которую они инвестируют в один проект", - напомнил Аксаков (ранее о возможных ограничениях говорил замминистра финансов Алексей Моисеев).

Отвечая на вопрос о создании национальной криптовалюты, депутат отметил, что национальная криптовалюта как расчетно-платежный аналог рубля узаконена не будет, однако рамочный проект допускает возможность банков и их клиентов работать с криптоактивами, привязанными к номинированным в рублях активам. К примеру, клиенты кредитных организаций, получивших соответствующее разрешение ЦБ, смогут открывать депозит, в привязке к которому смогут создавать криптоактивы и работать с ними по технологии блокчейн.

"Такая идея обсуждается - и в ЦБ, и в правительстве, и в экспертной среде. Не могу сказать, что она будет узаконена, но она будет активно обсуждаться", - рассказал Аксаков, подчеркнув, что базовым активом может быть не только депозит. "Как вариант, можно привязать к корзине товаров или к индексу", - добавил депутат.

Он также указал на то, что в настоящее время обсуждение данного вопроса идет в формате экспертных дискуссий, которые в правовое оформление не переходят. 

tass.ru

Госдума рассматривает закон о криптовалютах, комментарий эксперта

Во вторник, 22 мая, в Государственной Думе РФ рассматривают законопроекты, регулирующие сферу цифровых денег: «О цифровых финансовых активах», «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ» и «О цифровых правах».

Сегодня Госдума рассмотрит проект, который был внесен группой депутатов во главе с председателем Комитета Думы по финрынку Анатолием Аксаковым. Он закрепит определение криптовалюты как «иного имущества», а также установит порядок совершения сделок с ней на территории страны.

Игорь Судец, директор программы дополнительного образования Blockchain Lawyers, прокомментировал новость для Coinspot, а также поделился мыслями относительно будущего и перспектив законопроекта.

В Первом чтении принимаются законопроекты, направленные на регулирование блокчейн-технологий. Речь идет как о базовом законопроекте, внесенном Председателем Госдумы Вячеславом Володиным, так и о законопроекте главы профильного комитета по финансовому рынку Анатолия Аксакова, которым предлагается урегулировать процедурные моменты.

Сама идея такого регулирования является крайне позитивной, как бы не боролись с ней криптоанархисты. Сейчас рынок уже виден государству, но не урегулирован, что позволяет творить произвол — не возбуждать уголовные дела при хищениях, создавать непонятные условия налогообложения майнеров, блокировать популярные во всем мире сайты. У государства нет критериев, так что для него весь рынок ICO и криптовалют — это скам. Когда будут правила, можно будет отбирать позитивные проекты и с ними работать.

Опережая события, предположу, что с представленными законопроектами, которые сегодня примут в первом чтении, произойдут значительные метаморфозы ко второму чтению, так что еще раз говорить о содержании принимаемых законопроектов бессмысленно. В первом чтении принимаются законопроекты концептуально, подтверждается, что они нужны.

По имеющейся информации, во втором чтении нас ждут два главных изменения:

Во-первых, законопроект с поправками в ГК будет сокращен — из него полностью уйдет упоминание о криптовалюте (в законопроекте — Цифровые деньги). На практике это означает, что в России будет невозможно полноценное проведение ICO, поскольку токенны чаще всего приобретаются за криптовалюту, и никто из сознательных предпринимателей не будет проводить ICO по нашей юрисдикции. Кроме того, граждане останутся незащищенными — у них будут продолжать похищать криптовалюту, скрываться в ней от долгов и банкротства (напомню, что решение апелляционного суда было принято как раз после внесения законопроекта Володина, и при исключении положений из законопроекта — подход может измениться). Вопросы «антиотмывочного» законодательства в свою очередь решены не будут, поскольку криптовалюту все так же можно будет использовать (в случае блокировок — с использование VPN), к примеру, для заключения серых сделок — ведь с исключением из нашего законодательства ее ценность останется общепризнаваемой по всему миру.

Во-вторых, есть большая вероятность, что законопроект Аксакова превратится в абсолютно новый и не имеющий отношение к блокчейну — по крайней мере такая редакция была представлена на юридическом форуме в СПб. Предлагается, чтобы были созданы специальные электронные площадки, на которых можно будет размещать денежные обязательства (читай — облигации) и учитывать доли и акции в компаниях. Площадка будет хранить информацию в своем личном нераспределенном реестре и выступать в роли агента перед органами госвласти. Законопроект крайне позитивен, но к проведению ICO или установлению комфортных условий для привлечения майнеров он точно не создаст.

coinspot.io

майнеров заставят зарегистрироваться как ИП / Хабр

20 марта 2018 года депутаты Государственной Думы А.Г.Аксаков, И.Б.Дивинский, О.А.Николаев, Р.М.Марданшин, а также член Совета Федерации Н.А.Журавлёв представили законопроект № 419059-7 «О цифровых финансовых активах»

Цели законопроекта следующие: законодательное закрепление в правовом поле определений криптовалюты, токена, распределённого реестра цифровых транзакций (блокчейна) и смарт-контракта; создание правовых условий для привлечения юрлицами и ИП инвестиций путём выпуска токенов.

Согласно законопроекту, и криптовалюта, и токен являются имуществом. Прямо устанавливается, что цифровые финансовые активы не являются законным средством платежа на территории Российской Федерации.

Кроме того, майнинг признаётся предпринимательской деятельностью в случае, когда лицо, которое его осуществляет, в течение трёх месяцев подряд превышает лимиты энергопотребления, установленные правительством РФ. Законопроект закрепляет правовые основы для осуществления майнинга и валидации цифровых транзакций (деятельность по подтверждению действительности цифровых записей в распределённом реестре цифровых транзакций).

Цифровое имущество (токены и криптовалюту) можно обменивать на рубли или иностранную валюту. При этом возможность обмена, а также порядок и условия обмена будут определяться Банком России по согласованию с Правительством РФ. Все сделки должны осуществляться через операторов обмена цифровых финансовых активов, которыми могут быть только юридические лица, созданные в соответствии с законодательством. Сделки должны осуществляться в соответствии с Правилами организованных торгов цифровыми финансовыми активами, зарегистрированными в Центральном банке Российской Федерации.

Цифровые записи, содержащие информацию о таких сделках, будут храниться в цифровых кошельках, открытых сторонам сделки оператором обмена цифровых финансовых активов. Порядок открытия, хранения информации о цифровых записях, ведения, закрытия цифрового кошелька, а также требования к защите цифровых кошельков устанавливаются Центральным банком Российской Федерации.

Особое место в законопроекте занимает статья, которая устанавливает правовые основы для проведения ICO. Эта статья устанавливает последовательность действий, необходимых для ICO, определяет состав обязательной публичной оферты и закрепляет необходимость раскрытия дополнительной информации лицом, выпускающим токены.

Публичная оферта о выпуске токенов должна быть подписана усиленной квалифицированной электронной подписью лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа юридического лица – эмитента или индивидуального предпринимателя – эмитента.

Для защиты неквалифицированных инвесторов (обычных граждан) законопроект наделяет Банк России полномочием по установлению ограничения в отношении суммы приобретения токенов такими лицами. Предполагается, что участвовать в ICO смогут неквалифицированные инвесторы с суммой вложений до 50 тыс. руб.

Сейчас законопроект направлен для рассмотрения в комитет Госдумы по финансовому рынку. Срок представления отзывов, предложений и замечаний истекает 3 апреля 2018 года. Предположительно в апреле он будет вынесен для рассмотрения Госдумой.

После принятия закона потребуется внести ряд подзаконных актов, а также изменения в административный и уголовный кодекс для лиц, нарушающих закон. Например, уголовная ответственность за незаконный оборот денежных суррогатов может составить до четырёх лет лишения свободы.

Майнеры, которые не зарегистрируются в качестве индивидуальных предпринимателей, будут привлечены к ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность по статье 171 УК РФ, которая наказывается штрафом до 300 тыс. руб. или обязательными работами на срок до 480 часов, или арестом на срок до 6 месяцев. То же деяние, совершённое группой или сопряжённое с извлечением дохода в особо крупном размере наказывается штрафом до 500 тыс. руб. или принудительными работами на срок до 5 лет или лишением свободы на срок до 5 лет со штрафом.

Сейчас предложения по потреблению майнерами электроэнергии и их возможной ответственности готовит Минкомсвязи. По словам экспертов, вычислить майнеров очень легко по круглосуточному профилю потребления электроэнергии.

habr.com


Смотрите также